4. Его рассказ

Создано 26 Май 2015 Автор: Луиза Мей ОЛКОТТ Категория: Под сиренью
Просмотров: 828
Печать

– Я сбежал из цирка, – начал Бэн, но не успел продолжить дальше, как за его словами последовал возглас восхищения девочек:

– Мы были в цирке! Это было великолепно!

– Вы бы так не считали, если бы знали о цирке столько, сколько знаю я, – ответил Бэн, нахмурившись и немного согнувшись, будто его только что ударили. – Мы бы не назвали его великолепным, не так ли, Санчо? – продолжил он рассказ, сопровождаемый странными звуками, которые издавал его пудель: он гневно рычал и стучал по полу своим хвостом, лежа невдалеке у ног своего хозяина и привыкая к его новым туфлям.

– Как ты туда попал? – спросила неутомимая миссис Мосс, весьма взволнованная последними его словами.

– Как? Мой отец был «Диким охотником равнин». Разве Вы никогда не видели и ничего не слышали о нем? – спросил немного удивленный ее невежеством Бэн.

– Благослови тебя Бог, дитя, я в цирке не была уже около десяти лет. И уверена, что не смогу вспомнить, кого я видела тогда, – ответила миссис Мосс, которую слегка позабавило такое почитание сыном своего отца.

– Разве вы его не видели? – настаивал Бэн, обратившись к маленьким девочкам.

– Мы видели обезъян и пони с голубыми глазами. Видели индийцев, акробатов, прыгающих братьев Борнео и клоуна. Он был кем-то из них? – простодушно ответила Бэтти.

– О, да нет же! Он вовсе тут не при чем. Он скакал на лошадях, всегда седлая двух, четырех, шестерых или восьмерых лошадей одновременно, и я, бывало, ездил с ним, пока совсем не подрос. Мой отец был первым номером. Я ничего, кроме как немного управлять лошадьми, и не делал больше, – сказал Бэн с такой гордостью, будто его отец являлся президентом страны.

– Он умер? – спросила миссис Мосс.

– Я не знаю, хотя очень хотел бы знать, – и бедный Бэн с тяжестью проглотил слюну, будто у него в горле застрял комок и мешал ему.

– Расскажи нам о нем, дорогой мальчик, может, нам удастся найти его, узнать, где он сейчас находится, – сказала миссис Мосс с намерением погладить блестящую темную головку, которая внезапно наклонилась над собакой.

– Да, мэм. Я был бы Вам очень благодарен, – и сделав над собой усилие, мальчик успокоился и поринул в суть своей истории.

– Отец всегда хорошо со мной обращался, мне нравилось быть с ним, особенно после смерти бабушки. Я жил с ней до семи лет, затем отец забрал меня и учил скакать на лошадях. Вы, вероятно, видели меня, когда я был поменьше, – одетый в белый, плотно облегающий костюм, с золотистым поясом и розовыми снастями, я стоял на отцовских плечах или висел на громадной веревке, когда он мчался во весь опор. Или же, Вы могли видеть отца, просто оседлавшего трех лошадей сразу, со мной, сидящим у него на плечах и размахивающим флагами, в то время как все зрители нам аплодировали.

– И тебе не было страшно? – спросила Бэтти, содрогаясь от самой мысли об этом.

– Нисколько. Мне это ужасно нравилось!

– Может, и мне попробовать? – предложила Бэтти с немалой долей энтузиазма.

– Затем я ездил на четырех пони, запряженных в маленькую колесницу, на параде, – продолжал Бэн, – затем я сел на огромный шар сверху машины, которую тянули Ганнибал и Нерон. Но мне это не понравилось, потому что было очень высоко и шар постоянно шатало из стороны в сторону. Было жарко на солнце, ветви деревьев шлепали меня по лицу своими листьями, а мои ноги уставали.

Мой отец никогда не позволял садить меня на громадных слонов. Так и было, пока он не ушел. Затем мне пришлось на них садиться, иначе меня бы отхлестали.

– И тебе никто не помогал? – спросила миссис Мосс.

– Нет, мэм, помогали. Чаще всего леди. Они очень хорошо со мной обращались, особенно Мелия. Она поклялась, что ни за что не выйдет со своим представлением, если меня не прекратят избивать за то, что я не хотел помогать старому Баку с его медведями. И им пришлось прекратить трепку, поскольку Мелия была первоклассной, и никто не мог заменить ее в представлении.

– Медведи! Расскажи о них! – воскликнула Бэб, так как из всего, что она видела в цирке, более всего поразили ее звери.

– У Бака их было пятеро. Все они участвовали в представлениях. Однажды я играл с ними просто забавы ради, а он подумал, что было бы просто замечательно, если бы я выступал с ними вместо него. Но медведи дурачились, валялись. Они из тех животных, рядом с которыми никогда не знаешь, чего ожидать в следующую минуту: будут ли они дружелюбными с тобой или покусают и оторвут голову. Бак был весь в шрамах, они царапали и дрались с ним. Но я заниматься медведями не собирался. И я не должен был этого делать благодаря мисс Ст. Джонс, которая находилась рядом и оберегала меня.

– Кто такая мисс Ст. Джонс? – спросила миссис Мосс, немного смущенная таким количеством незнакомых ей доселе имен и людей.

– Это была Мелия – миссис Смитер – жена инспектора манежа. Его больше не звали Монтгомери, а ее – Ст. Джонс. Они оба изменили свои имена на что-то более подходящее, понимаете? Папа был Сеньором Джозе Монтебелло, а я был Мастер Адольфус Блумсбери, после того как перестал зваться Летающим Купидоном.

Миссис Мосс откинулась в кресле, смеясь от услышанного, к великому удивлению маленьких девочек, которые находились под впечатлением от столь изящных имен.

– Продолжай свой рассказ, Бэн. Объясни, почему ты сбежал и что случилось с твоим отцом, – сказала она, настраиваясь слушать и искренне заинтересованная словами ребенка.

– Понимаете, папа поссорился со Смитерами и неожиданно ушел прошлой осенью, как раз незадолго до того, как закончился сезон в шатре. Он сказал мне, что собирается в чудесную школу верховой езды в Нью-Йорке и когда там разместится, обязательно даст мне знать о себе. Я должен был остаться в цирке и помогать Пэдро в его работе. Он был милым человеком и очень нравился мне. И Мелия собиралась проведать меня. Какое-то время все было хорошо. Но отец ничего мне не прислал. И тогда начались тяжкие времена. Если бы не помощь Мелии и Санчо, я бы долго не выдержал.

– Что ты должен был делать?

– Много всего, когда как. Временами что-то хорошее, временами – совершенно бесполезное. В любом случае мне нужно было делать то, что велит Смитер, и живо плясать под его дудку. Я не возражал показывать различные трюки с Санчо, поскольку мой отец дрессировал его, и у меня с ним всегда все получалось. Но они хотели, чтобы я пил джин и оставался маленького роста, а я этого не делал, потому что моему отцу не нравились такого рода вещи. Я ездил верхом стоя, и мне подходила такая работа, пока не довелось упасть и повредить спину. Но мне пришлось продолжать выступения, несмотря на непреодолимую боль. Я очень ослаб, и у меня постоянно кружилась голова.

– Что за человек! Почему Мелия не могла это прекратить? – теряя терпение, спросила миссис Мосс.

– Она умерла, мэм. У меня никого больше не осталось, кроме Санчо; и я сбежал.

Затем Бэн вновь стал гладить свою собачку, чтобы утаить навертывавшиеся на глаза слезы. Но это ему не удавалось при мысли о замечательном друге, которого он потерял.

– Что же ты собирался делать?

– Найти отца. Но я не смог, поскольку его не было в школе верховой езды. Там мне сказали, что он ушел на Запад, чтобы привести мустангов человеку, который слишком многого хотел. Мое положение оказалось затруднительным – я не мог идти к отцу, потому как просто не знал, где его искать, а с другой стороны ни за что не хотел возвращаться обратно к Смитерам, чтобы они меня обижали. Я хотел, чтобы меня взяли в эту школу верховой езды, но им не нужен был мальчик. Тогда я начал путешествовать в поисках работы. И мне пришлось бы умереть с голоду, если бы не Санчо. Когда я бежал, то оставил его на привязи, чтобы они не смели обвинить меня в краже. Но он оказался весьма сильной собакой, мэм. Это лучшая собака для фокусов, которую я когда-либо где-либо видел. Они хотели бы вернуть его обратно более, нежели меня. Пес принадлежал моему отцу, и я не мог оставить его, однако сделал это. Однажды, темной ночью, я привязал его, думая, что никогда больше не увижу. На следующее утро я завтракал в сарае в нескольких милях от того места, которое покинул, в мучительном одиночестве, когда вдруг появился он, облизывающийся, весь в грязи и мокрый, с обрывком веревки, волочившимся следом. Он перегрыз ее и последовал за мной, не собираясь больше возвращаться на прежнее место. Он бы не потерялся. И я больше его не оставлю. Правда, мой родной старый приятель?

Санчо внимательно, с непрекращающимся интересом слушал историю, которую рассказывал хозяин, и когда Бэн заговорил с ним, пес поднялся, поставил обе лапы на плечи мальчику, облизал его лицо с немой признательностью в своих желтых глазках и тихо заскулил, что выразило лучше слов его мысли: «Веселей, маленький хозяин, отцы могут исчезать, друзья умирать, но я тебя никогда не предам».

Бэн обнял пса и улыбнулся девочкам сквозь пряди белых кудряшек, свисавших с головы собаки. А девочки зааплодировали и подбежали ближе, чтобы погладить это великолепное создание природы – необыкновенно умное животное, находящееся в их доме, и убеждая его в том, что простили ему воровство того самого пирога и нового ведерка. Вдохновленный всеми ласковыми словами и жестами одобрения от своего хозяина, Санчо неожиданно стал показывать все свои штучки, демонстрируя грациозность и ловкость. Похвала собаке была очень приятна Бэну. Когда замешательство спало, он стал развлекать публику, описывая достоинства Санчо, его ум, подвижность, а также рассказывая истории, в которых умный пес продемонстрировал свое благородство.

Пока он говорил, миссис Мосс раздумывала над всем тем, о чем мальчик им поведал. И когда он подошел к завершению истории о превосходствах своего пса, она серьезно спросила:

– Если бы я нашла для тебя работу у нас, ты мог бы остаться на какое-то время?

– О да, мэм. Я был бы счастлив! – незамедлительно ответил Бэн. Это место уже начинало казаться ему домом.

– Хорошо. Завтра я отправлюсь к сквайру и разузнаю, что он мне скажет. Не удивляйся, если он возьмет тебя на временную работу. Ты умеешь обращаться с коровами?

– Надеюсь, – Бэн пожал плечами, будто излишне было спрашивать об этом человека, ездившего верхом одновременно на трех карликовых пони с расписной каретой.

– Это, возможно, не такое интересное занятие, как кататься верхом на слонах или играть с медведями, но вполне заслуживающая уважения работа. Я думаю, она придется тебе по нраву. Согласись, лучше хлестать производительниц молока, чем когда тебя самого хлещут, – сказала, улыбаясь, миссис Мосс.

– Я думаю, что у меня все получится, мэм, – ответил Бэн со внезапной кротостью, вспоминая мучения, от которых сбежал.

Вскоре после этого его уложили спать, позволив Санчо остаться с ним в спальне и охранять мальчика и пожелав приятных сновидений. Но обоим было трудно уснуть до тех пор, пока шум наверху не прекратился. Бэб настаивала на том, что будет играть медведя, пожирающего беднягу Бэтти, пока не пришла их мать и не пригрозила, что утром выгонит Бэна и его собаку, если девочки не прекратят всю эту возню.

Девочки торжественно пообещали хорошо себя вести и быть тихими, как мышки. В эту ночь им приснились кареты, убегающие мальчики и танцующие собаки.

Поделитесь ссылкой на статью с друзьями в соцсетях. Божьих Вам благословений!

Предстоящие события

Нояб
15

15.11.2017 - 21.11.2017

You are here:   ГлавнаяБиблиотекаПрозаПод сиренью4. Его рассказ
Яндекс.Метрика pukhovachurch.org.ua Tic/PR Настоящий ПР pukhovachurch.org.ua Рейтинг@Mail.ru