Некролог

Создано 09 Август 2015 Автор: Administrator Категория: Объявления
Просмотров: 2860
Печать

«Она сделала, что могла…» (Марк. 14:8)

3 августа 2015 г. на 77-м году жизни отошла в вечность Величко Людмила Григорьевна, жена  многолетнего ответственного пресвитера Киевской независимой церкви евангельских христиан-баптистов «Храм Спасения» Величко Николая Константиновича, с которым они вместе прожили 54 года. Как и Николай Константинович, Людмила Григорьевна была членом этой церкви с первых дней ее основания, то есть с 1961 г., когда церковь была гонимой и преследуемой атеистическими властями.

Людмила Григорьевна родилась  1 марта 1939 г. в г. Киеве в многодетной семье Куприенок Григория Евтихиевича и Анны Харитоновны.  Спасаясь от репрессий во время принудительной коллективизации Григорий Евтихиевич и Анна Харитоновна в 1933 году вместе с четырьмя старшими детьми переехали из белорусского села Алексиничы Витебской области в г. Киев, где они начали заново обустраивать свою жизнь. И уже в Киеве родились у них  трое младших детей, в том числе и Людмила Григорьевна. Всего в этой семье было девять детей, но двое мальчиков умерли в раннем возрасте, и в живых осталось семеро детей.

Отец Людмилы Григорьевны был проповедником Киево-Куреневской церкви ЕХБ. Он был человеком богобоязненным, имел строгий характер, любил порядок и всех своих детей старался привести к Богу. Его усилия не были напрасными: из семи детей шестеро стали членами Церкви. Мать Людмилы Григорьевны Анна Харитоновна занималась своей большой семьей. Она имела смиренный, кроткий, незлобивый и добрый характер. На ней фактически держалась вся домашняя работа, все заботы и хлопоты о детях, о кухне. Нужно особенно подчеркнуть, что и Григорий Евтихиевич, и Анна Харитоновна отличались непритворным гостеприимством. У них в доме  – хотя этот дом был тесным для их большой семьи – постоянно проживали то один, то другой обездоленный человек, не имеющий жилья и средств к существованию. Их дом также был местом, куда постоянно приходила верующая молодежь,  чтобы общаться, петь, беседовать. Более того, в этом доме всегда могли предложить гостям что-то покушать. И хотя пища тогда была скромной и неприхотливой, но она предлагалась в простоте, от щедрого сердца.

Людмила Григорьевна в юности стала посещать богослужения Центральной Киевской церкви ЕХБ. До 1957 г. это был дом молитвы по ул. Спасской, 6 (ныне – ул. Героев Триполья). А с 1957 г. – дом молитвы по ул. Ямской, 70. Следует отметить, что в те годы церкви  ЕХБ находились под жестким прессом атеистической власти, которая, под угрозой уголовного преследования, запрещала служителям вовлекать в церковь и крестить молодежь, тем более студентов. К сожалению, не все служители  готовы были с риском для собственного благополучия  крестить уверовавших молодых людей. По этой причине Людмила Григорьевна  принимала святое водное крещение не в Киеве, не в своей церкви на ул. Ямской. Вместе с группой молодых верующих друзей-студентов в июле 1959 г. она приняла крещение в с. Устиновка Киевской области. Пресвитер этой церкви, старец Кирилл, без всякого страха согласился  крестить эту молодежь из Киева. Само крещение происходило глубокой ночью в присутствии небольшого количества  друзей крещаемых, включая негласного руководителя молодежи в Центральной общине Косого Григория Савича. После крещения Людмила Григорьевна  со всем усердием влилась в молодежную жизнь церкви.

19 сентября 1961 г. Людмила Григорьевна вышла замуж за Величко Николая Константиновича, одного из активных участников молодежной работы в Центральной Киевской общине ЕХБ (ул. Ямская, 70).  Начало их семейной жизни совпало с началом  внутрицерковного движения 1961 года. Целью этого движения было  пробуждение Церкви и освобождение ее от   греховной зависимости  от атеистических органов власти. В конце 1961 – начале 1962  года в г. Киеве возникла небольшая, но быстро растущая  гонимая властями церковь ЕХБ, в которой Людмила Григорьевна была активным членом с первых дней ее создания. А ее муж Николай Константинович был одним из руководящих братьев  гонимой церкви. С этого времени и вплоть до наступления свободы вероисповедания в конце 80-х годов  Людмила Григорьевна пребывала в  особом режиме своей жизни, где было мало спокойных безмятежных дней, но было много неожиданных ситуаций, много тревожных переживаний и много угроз и преследований за веру.

Эти преследования заключались в нижеследующем. Это были и постоянные разгоны богослужений и ожидания ареста, а также регулярные обыски по месту проживания с изъятием не только религиозной литературы, но и ценных памятных фотографий, магнитофонных записей, настенных текстов, записных книжек и т.п. Это и штрафы, административные аресты, клевета в прессе и переживания за детей, которые подвергались травле в школах, где они учились, так как по религиозным убеждениям они не были ни пионерами, ни комсомольцами. Дополнительно ко всему этому были переживания, связанные со  скудными материальными обстоятельствами того времени (верующим в те годы, как правило, определяли минимальные заработные платы), а также с тяжелыми квартирными условиями. В течении 13 лет  семья Людмилы Григорьевны и Николая Константиновича, состоящая из пяти человек – двое взрослых и трое детей – проживала в маленькой комнатке площадью около 10 кв. м. в одноэтажном коридорного типа бараке, где не было санитарных удобств, не было горячей воды, газа, а еда готовилась на электроплитках в общей кухне на 10 семей.

В 60-годах Бог допустил в жизни Людмилы Григорьевны два тяжелых испытания. Во-первых, неожиданная трагическая смерть мамы в феврале 1964 г. И эта смерть прямо была связана с ее служением Богу. Анна Харитоновна согласилась присматривать за маленькими детьми в семье одной сестры, которая по поручению церкви отвозила в Москву ходатайственные письма об осужденных за веру в Бога узниках. И когда Анна Харитоновна шла по мало знакомой ей дороге в магазин за продуктами, чтобы приготовить еду для этих детей, она не заметила движущийся трамвай и получила травмы, не совместимые с жизнью. Анна Харитоновна умерла, как воин, на посту, совершая дело милосердия.

Во-вторых, арест в мае 1966 г. ее мужа Николая Константиновича, который за активное участие в служении Киевской гонимой церкви ЕХБ был осужден  вместе с другими братьями к трем годам лишения свободы. И Людмила Григорьевна, таким образом, стала женой узника. А это означало, что, помимо общих для всех членов церкви испытаний, ей надо было самой воспитывать и кормить детей, при этом и ходить на работу, и водить детей в детские садики, и участвовать в церковной жизни, и периодически ездить с детьми на короткие свидания с мужем в г. Желтые Воды, где отбывал основную часть своего  заключения Николай Константинович.

Но переживаний и волнений в ее жизни было немало и дальше. Очень волнующим для нее  событием было рукоположение Николая Константиновича на ответственное служение пресвитера Киевской церкви. Рукоположение происходило 11 июля 1976 г., и его совершали братья-служители Антонов И.Я., Шаптала М.Т. и Коваленко Е.Т.  Во время рукоположения  Людмила Григорьевна со слезами молилась и о своем муже, чтобы он богоугодно и верно совершал свое служение в церкви, и о себе, чтобы ей быть достойной высокого звания жены служителя.

Но, очевидно, самым тяжелым переживанием для нее, как и для всей церкви, был пожар в мае 2000 года, когда огонь разрушил Дом молитвы, в котором  в течение 25 лет церковь совершала свои богослужения, к которому церковь привыкла и в котором она получила много благословений от Господа. В силу особой чувствительности своего характера Людмила Григорьевна приняла случившееся  очень близко к своему сердцу. Она много со слезами каялась и молилась, чтобы Господь простил и явил  милость к Своему народу. Слава Богу, что ее молитвы, как и молитвы многих детей Божьих, были услышаны.

Исходя из ее понимания ответственности каждого члена церкви за состояние дела Божьего, а также учитывая присущий ей от рождения активный и общительный склад ее личности, Людмила Григорьевна и до рукоположения мужа была  вовлечена в многообразный церковный труд. После рукоположения эта вовлеченность стала еще более многосторонней.

Она очень ревновала о том, чтобы   посещать все, без исключения, богослужения церкви. Пропустить собрание без уважительных причин для нее было  неприемлемым. И только тогда, когда ее подводило  здоровье, она позволяла себе оставаться дома.  И в этой связи она искренно огорчалась от того, что с наступлением свободы посещаемость богослужений не увеличилась, а, наоборот, уменьшилась. С болью в сердце она реагировала также и на то, что вопреки учению Евангелия в жизнь церкви все более и более стали проникать мирские понятия; что в отношениях между некоторыми верующими мало доброжелательности и много нетерпимости к взглядам и мнениям друг друга; что из-за разного понимания тех или других событий верующие могут становиться чужими друг для друга.

Еще одной причиной ее переживаний  было то,  что многие из ее лучших друзей, с которыми она совместно долгие годы разделяла все радости и скорби, навсегда уезжали из страны, и прощание с ними разрывало ее сердце. Со своей стороны она хотела, чтобы уехавшие друзья знали, что  материнская церковь их помнит и молится о них. С этой целью фотографии многих из этих друзей, уехавших из страны, были ею  размещены на церковных стендах.

Имея вокальное дарование, она много лет, начиная со своей молодости,  пела в хоре, была солисткой хора и относилась к этому служению с большой ответственностью. Она не позволяла себе пропускать хоровые спевки. Кроме того, она много лет несла в хоре ответственность за литературный труд, за праздничные программы. Она трудилась в основном  хоре свыше сорока лет, пока это позволял ей ее голос. Но имея природный талант декламатора, Людмила Григорьевна продолжала организовывать среди молодежи такого рода служение в церкви и помогала молодым членам церкви  учиться  говорить выразительно, с правильной дикцией и интонацией.

Много сил и здоровья Людмила Григорьевна отдавала организации сестринских и материнских молитвенных и назидательных общений; организации встреч для вдов и вдовцов; для сестер, у которых неверующие мужья; для пожилых братьев и сестер; организации круглосуточной молитвенной цепочки; организации швейной группы; организации субботних кружков для подростков, церковного буфета, служения детской комнаты и воскресной школы, а также детских праздников в церкви.

Важнейшим делом  жизни для Людмилы Григорьевны  была создание на базе церкви общеобразовательной христианской школы «Река Жизни». Эта школа начала функционировать в 1998 г. в значительной степени благодаря ее усилиям и стараниям. Школе «Река Жизни» Людмила Григорьевна  отдала и много своего здоровья, и времени. Занимаясь этим трудом, ей пришлось испытать сильный стресс, когда серьезную травму головы от падающей льдины во время нахождения в школе получил  ученик христианской школы Алеша. Проблемы школы «Река Жизни», без преувеличения, оставались в центре ее забот и молитв до последнего дня ее жизни.

Людмила Григорьевна была также инициатором и движущей силой  выпуска церковного журнала «Молитва, Единство, Любовь». Первый номер этого журнала вышел в 2009 году. В 2015 г. вышел уже 29-й номер этого журнала. Журнал носил и назидательный, и информационный характер, освещая и историю церкви,  и текущие события  церковной жизни.

Предметом особых ее переживаний и забот была организация церковного музея. На  стендах музея представлены многочисленные фотографии, которые отображают благословенную историю нашей церкви, начиная со времен гонений и до настоящего времени. В подготовке этих стендов, безусловно, принимали участие и другие члены нашей церкви, но, образно говоря, душой и движущей силой этой масштабной работы была Людмила Григорьевна.

Еще одной, наверное, самой чувствительной областью ее постоянных  забот была ее семья: муж, трое детей и двенадцать внуков. Семье она отдавала лучшую часть своей любви. Среди радостных и тревожных дней, как бы ни складывались обстоятельства жизни, ее муж и дети были окружены  постоянной  любовью и заботой.  Она тяжело перенесла вынужденную разлуку со старшей дочерью и сыном. Невозможность общаться с ними воочию она восполняла общением  по телефону. Нужно отметить, что все ее внуки были одинаково для нее дороги. Она знала особенности и характер каждого из них, переживала за них и радовалась с ними. Она очень беспокоила о том, чтобы ее внуки не слышали от старших каких-либо  слов осуждения в адрес церкви и кого бы то ни было, развивались духовно и физически здоровыми, были вовлечены в церковную жизнь.

В последние дни своей жизни она особенно много и о многих молилась, много читала Библию, мечтала о пробуждении церкви и свидетельствовала о Христе, где ей только предоставлялась такая возможность. Но, к великой печали всех ее знавших, кончились на земле молитвы Людмилы Григорьевны. По-видимому, Господь готовил ее к переселению в небесные обители. И в этой связи как бы пророчески прозвучали нижеприведенные слова  из духовного песнопения, которое она, своим уже слабым голосом, исполнила на празднике Жатвы в сентябре 2014 года.

О как бы мне успеть, пока я на земле,
Ту песню вслух пропеть, что слышу я в душе.
Прекрасный тот мотив тревожит сердце мне
Боюсь, чтоб не затих, и он при шумном дне.

О как бы мне успеть, пока я на земле,
Любовью обогреть, томящихся в беде.
И всем им рассказать о любящем Христе
Готовым помогать и в горе, и в нужде.

Вечность, вечность, ты влечёшь меня
Ты влечёшь меня,
Ты зовёшь меня

Всё чаще я не сплю и бодрствую в ночи,
С надеждой встречи жду, храню огонь свечи.
Я верю свет её сквозь бездны и миры
В пришествии своём, Христос заметишь ты.

Пусть Господь благословит всех нас подражать ее вере, ее ревности, ее общительности и жизнерадостности, ее неутомимому трудолюбию, ее желанию сделать хоть что-то для дела Божьего, пока мы еще на земле, пока не окончился день нашей жизни. Она действительно достойна подражания и сделала на этой земле, что могла (Марк 14:8).

Поделитесь ссылкой на статью с друзьями в соцсетях. Божьих Вам благословений!

AdSense

Предстоящие события

You are here:   ГлавнаяДом молитвыОбъявленияНекролог
Яндекс.Метрика pukhovachurch.org.ua Tic/PR Настоящий ПР pukhovachurch.org.ua Рейтинг@Mail.ru